Бывший вратарь «Спартака» Артем Ребров в колонке для Спортса’‘ восхитился возрастными игроками на чемпионате мира.«Я со своими травмами (Ребров четыре раза рвал крестообразные связки – Спортс’’) довольно рано почувствовал, что мне становится тяжелее.После 30 понял, что мне вообще нельзя пропускать тренировки. Один выходной еще ладно, а два – сразу потеря тонуса. После двух дней отдыха натурально сложно тренироваться – требовалось несколько дней, чтобы вернуть потерянное. Поэтому в какой-то момент вообще перестал брать паузы. Если нет тренировки, то шел в зал.При этом после 30 стал все больше и больше следить за собой, лучше восстанавливаться, думать о питании. Чувствовал себя даже лучше, чем в 25. Если вернуть время назад, то, конечно, раньше бы начал ходить в зал и закачивал мышечный корсет. Обязательно передал бы этот совет себе 25-летнему.Играть до 40 лет можно только благодаря предрасположенности и определенной генетике. Многие в 35 разваливаются – как бы ни тренировались.У всех разные причины играть до 40 лет: кто-то из-за финансов, кто-то кайфует от игры, кто-то просто боится закончить, потому что не знает, что делать в жизни дальше.Труд 40-летних профессиональных спортсменов многие явно недооценивают. Что Акинфееву, что Нойеру, что Муслере, что Возинье все дается намного тяжелее, чем молодым. Это огромная работа и огромная воля. Больше двадцати лет каждый день вставать на тренировки и выдерживать режим.Плюс надо понимать: каждый год после 35 лет аукнется в старости. Чем старше, тем больше ресурсов ты тратишь для продолжения карьеры.Я восхищаюсь и очень уважаю тех, кто в таком возрасте играет на высшем уровне», – написал Ребров в своем блоге на Спортсе’‘.На этом ЧМ сыграли аж три 40-летних вратаря. Ребров объясняет феномен Возиньи, Муслеры и Нойера